Израильское общество вполне похоже на «плавильный котел», или «салат», как сказали бы на современном иврите.

Здесь есть арабы-мусульмане, арабы-христиане (католики, баптисты, православные), евреи хареди (в их огромном разнообразии), «национальный религиозный» сектор или сектор «вязаной кипы» (не совсем то же самое, что современные ортодоксы в других странах), русскоязычные иммигранты, эфиопские иммигранты, «традиционные» евреи (как правило, выходцы из Северной Африки и стран Ближнего Востока), светские израильтяне (многие с социалистическими корнями), иностранные рабочие (из Таиланда, Филиппин, Судана, Румынии, Китая, Эритрии, Шри-Ланки). Куда можно поместить мессианское сообщество на этой социально-религиозной карте?

Прежде всего, мессианская община не очень вписывается ни в одном месте социально-религиозной карты. Мы сама по себе недостаточно большая группа для того, чтобы быть отдельно отмеченными на карте. Я думаю, что нас можно насчитать примерно 5-7 тысяч человек. Большинство из нас нельзя назвать ни светскими, ни традиционными, ни религиозными. Члены сообщества имеют разные взгляды на мир, некоторые имеют минимальные знания о еврейской традиции, а другие широко практикуют ее, некоторые одеваются скромно, другие – не совсем. Наше сообщество состоит из разных людей, включая иностранных христиан, приехавших по туристическим визам, или обладающих видом на жительство, эфиопских иммигрантов, англоговорящих иммигрантов, русскоязычных иммигрантов, коренных израильтян из светской или традиционной среды и многих других. Другими словами, наше сообщество нельзя назвать однородным. Этим оно схоже с остальной частью израильского общества.

Но я хотел бы немного сузить фокус и поговорить о том, кого вы могли бы назвать типичным мессианским израильтянином. Я имею в виду молодых мужчин и женщин, как правило последователей Иешуа во втором поколении, ивритоязычных израильских граждан или постоянных жителей. Эта группа не превышает нескольких тысяч человек. Они представляют собой смесь этнических и социально-экономических статусов. Они ходят в светские государственные школы и выглядят нерелигиозными, хотя большинство молодых женщин не будет одеваться слишком открыто, несмотря на веяния моды. Они хорошо знают Библию, но, как правило, мало осведомлены о традиционном иудаизме. Они обычно показывают высокие результаты и успехи в армии, как на офисных, так и на боевых позициях.

Что происходит, когда эти дружелюбные мессианские верующие встречают в армии других молодых людей? Как на них реагируют другие и к какой группе их относят? Мои собственные дети испытали на себе разные реакции со стороны других солдат, некоторые из них были положительные, другие отрицательные.

Армия обороны Израиля является идеальным плавильным котлом, заставляющим собраться и работать вместе всех представителей карты израильского общества. Некоторые мессианские солдаты просто держатся отдельно от всех, и их воспринимают как странных одиночек. Однако, большинство молодых мессианских израильтян находит свою нишу в светской толпе. Они могут казаться другим загадочными, если они держатся подальше от сексуальной распущенности и нецензурной речи, которыми характеризуется армейская жизнь, но внешне кажется, что они разделяют светские ценности. С другой стороны, я знаю одного молодого человека, который открыто заявлял о своей вере в Иешуа, но при этом отождествлял себя с религиозным сектором. Он молился с религиозными солдатами по утрам, вместе с ними надевая тфилин. Он, определенно, казался другим загадкой, но почему-то он рассматривался как часть религиозной группы. Однако, такой мессианский солдат является исключением из правила.

Армия является лишь одним из примеров самоопределения мессианских израильтян среди светского общества, а не среди религиозных евреев. Должно ли мессианское сообщество иметь единую позицию по отношению к нашей социально-религиозной идентификации? К какой группе мы скорее относимся, к светской или религиозной? Или, может быть, мы просто духовное объединение с широкими связями, и каждый человек сам причисляет себя к тому направлению, которое он выберет? У меня нет ответов на эти вопросы, но мне кажется парадоксальным то, что, как правило, мессианские израильские семьи кажутся на этой карте ближе к светской прослойке, нежели к религиозной. Вместо идентификации с национальной религиозной средой, с которыми нас объединяют аналогичные представления о семье, благочестии и библейском наследии, мы чувствуем себя более комфортно в культурной среде, пропагандирующей материализм, практический агностицизм и безбожные ценности. Может ли это быть правильно?

Пусть Бог покажет нам правильный путь, по которому нам нужно следовать на этой земле в это время.

Эта статья первоначально была опубликована в выпуске «Первые плоды Сиона» 30 сентября 2015 года.

ПОДЕЛИТЬСЯ
Boaz Michael resides in Jerusalem, Israel. From there he directs First Fruits of Zion’s international efforts and is active in establishing a Messianic Jewish learning center in Jerusalem.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ